Криптоиндустрия полна самых смелых прогнозов. Наиболее распространенный гласит, что «криптовалюта — это будущее финансовой системы». Но есть и более радикальный: «блокчейн — это будущее политического устройства».
Криптоэтнузиасты часто озвучивают смелые идеи, связанные с потенциалом блокчейна, что он вот-вот «захватит» все направления деятельности человека. Концептуально блокчейн представляет собой технологию сбора, хранения и систематизации информации. Помимо криптовалют, он вполне может применяться и в иных областях, например, в медицине, розничной торговле и даже в качестве реестра недвижимости. Самые смелые идеи связаны с попыткой реализовать с его помощью «сетевое государство» или «Network State» (если чуть точнее, то «сетевые штаты»). Идея достаточно свежая, но некоторые СМИ уже успели оценить ее как «революционную».
Основная идея «сетевого государства»
Автор концепции — Баладжи Сринивасан (Balaji Srinivasan), бывший технический директор Coinbase. В 2022 году он опубликовал книгу «The Network State: How To Start a New Country» («Сетевое государство: как основать новую страну»). Книга доступна для свободного скачивания на английском языке. Это значит, что ее автор стремится максимизировать аудиторию и добиться широкого распространения своих идей, а не гонится за гонорарами. Баладжи выражает идею книги в одном предложении:
«Сетевое государство — это тесно связанное онлайн-сообщество, способное к коллективному действию, которое совместно приобретает территории по всему миру и в конечном итоге получает дипломатическое признание со стороны других государств».
Заявка более чем серьезная: речь идет о том, что онлайн-кооперация и самоопределение людей достигнет такого уровня, что с ними придется считаться традиционным национальным государствам.
Насколько это утопично? Кажется, что это эдакая оптимистическая криптоутопия, но давайте для сравнения взглянем, например, на Биткоин. Разве государствам не пришлось в конце концов с ним считаться? А ведь по сути Биткоин — это тоже онлайн-кооперация людей, которые по каким-то причинам поверили в него и стали его добывать и обменивать.
Сообщество биткоина, в отличие от «сетевого государства», не является ни политическим, ни социальным субъектом. Но даже при имеющемся уровне кооперации оно быстро обратило на себя внимание государств и где-то даже добилось признания со стороны властей, например, в Сальвадоре.
Что должно быть в «сетевом государстве»
В модели Сринивасана кооперация не останавливается на криптовалюте — сообщество претендует на политическое и социальное признание. Это значит, что сообщество в своем развитии должно достигнуть такого уровня, чтобы претендовать на выполнение функций, которые сегодня монополизировало государство. Отчасти, это напоминает идеи ранних шифропанков и криптоанархистов, а также идеи, которые легли в основу создания первых криптовалют, включая Биткоин.
Далее в дело вступают технологии. Во многих областях, занятых государством, блокчейн справляется эффективнее. Например, в денежных областях и в регистрации переходов права собственности. Поэтому кроме «ощущения общности», Сринивасан называет в качестве необходимых также и технологические требования. Среди них:
-
общая криптовалюта;
-
консенсусное правительство, ограниченное общественным смарт-контрактом;
-
архипелаг физических территорий;
-
виртуальный капитал.
Таким образом, вышеуказанные критерии определяют модель Network State. По мнению автора, если все это будет реализовано, то вполне можно вести речь о дипломатическом признании подобного проекта. То есть, по сути, предлагается некая масштабная DAO, которая сможет составить конкуренцию государствам на политическим поле. Почему на политическом? Хотя бы потому, что участники определяются в статусе «netizens» (по аналогии с «citizens» — гражданами). У подобной DAO есть все, что составляет основу современного государства — валюта, земля, население и органы власти.
Также Сринивасан выделяет конкретные виды кооперации в рамках своей идеи, а именно:
-
Общество-стартап — кооперация, у которой есть конкретный основатель, а также общие идеи и цели, на основе которых предпринимаются коллективные действия;
-
Сетевое объединение — следующий этап общества-стартапа. Оно максимально широко задействует технологии вроде блокчейна, обладает своей экономикой и способно отстаивать интересы;
-
Сетевой архипелаг — следующий этап сетевого объединения, которое начинает выходить за пределы «онлайна» и обзаводится реальными физическими активами. К примеру, землей.
-
Сетевой штат — на этом этапе кооперация добивается дипломатического признания и у нее возникает политический суверенитет.
Сильные и слабые стороны «сетевого государства»
В книге Сринивасана отмечено, что уже сейчас существуют отдельные примеры успешной человеческой кооперации, которые обладают свойствами «сетевого государства», будь то криптовалюта, социальные сети, DAO и так далее. Объединение успешных кейсов с дипломатическим и международным признанием как раз и могло бы привести к «революции сетевых штатов». Среди положительных и эффективных механизмов внутри такой концепции можно отметить:
-
Надежные и эффективные технологические решения, будь то блокчейн, DAO или смарт-контракты;
-
Децентрализованность и волюнтаризм: в отсутствии монополии государства на первый план выходят интересы и добровольное согласие цифровых граждан;
-
Материальная обеспеченность. Реальные физические активы, особенно в виде земельных участков-территорий, придают проекту «серьезность». Никто не сможет сказать, что он ничем не обеспечен;
-
Конкуренция институтов: рыночное соперничество с «сетевым государством» заставит государство повысить эффективность своих услуг.
Однако, существуют и препятствия к реализации подобных проектов. В первую очередь, это государство, которое явно не в восторге от перспективы поделиться своей монопольной ролью в качестве способа политической организации.
Не стоит забывать про еще один важный атрибут государства — монополия на насилие. Теоретически, легко представить, что в сетевом государстве вопросы принуждения будут избегаться цивилизованно путем договоренностей и смарт-контрактов. Но будет ли государство вести себя столь же цивилизованно в отношении своего сетевого конкурента?
Также к концепции Сринивасана возникают и другие вопросы. Например, он настаивает на важной роли основателя сетевого государства, что вызвало критику, например, со стороны Виталика Бутерина, хотя в целом основатель Эфириума довольно комплиментарно отозвался об этой идее.
С другой стороны, сам образ мысли в категориях политической автономии подталкивает к тому, чтобы не копировать слепо чужие модели, поэтому если политические проекты на блокчейне увидят свет, они вовсе не обязаны соответствовать видению Сринивасана.
Близкие примеры
В целом, Сринивасан не предложил чего-то из ряда вон выходящего. Для человеческих обществ свойственно стремление к самостоятельному обустройству собственной социальной и политической жизни. Сейчас эту нишу надежно занимает государство, но у многих сторонников криптовалют есть желание организовать более свободную кооперацию, без уймы государственных ограничений, административных барьеров и запретов.
Даже в самой недавней истории множество примеров того, как люди на определенной территории деятельно стремятся к автономии, к примеру Brexit и та же Каталония. Из менее известных можно упомянуть Free State Project, в котором единомышленники, которые нашли друг друга в онлайне, решили переселиться в малонаселенный Штат и обустроить там свою жизнь так, как они считают правильным.
Вывод
Идея «сетевого государства» по большому счету лежала на поверхности: она объединяет многие существующие успешные практики кооперации и стремления с возможностью их реализации через новые технологии. Таким образом, уже сейчас многие криптоэнтузиасты рассматривают блокчейн в качестве основы построения модели будущего.
Данный материал и информация в нем не является индивидуальной или иной другой инвестиционной рекомендацией. Мнение редакции может не совпадать с мнениями автора, аналитических порталов и экспертов.
Подписывайтесь на страницы новостей криптовалют -
